Княгиня Романова

Княгиня РомановаИз изложенного видно, что в основе повести о княгине Романовой и ее сыновьях лежали события не семейной хроники, а широкой политики, хотя местами семейная хроника и дает себя знать; например, автор со слов боярина Мирослава записал, что при бегстве из Владимира боярин ехал, «возмя» князя Даниила «перед ся» на седло. Впрочем тот же Мирослав сообщил автору и р более важных событиях, например, о своих переговорах с князем Лешко Краковским.

Повесть, возникшая около 1219 г., построенная на донесениях и свидетельствах умных и наблюдательных политических деятелей, явилась ярким описанием «великого мятежа» главным образом Галицких бояр, описанием широкой феодальной войны, охватившей юго-западную Русь по смерти князя Романа Метиславича. Повесть высоко оценила поддержку, оказанную Романовой со стороны волынского боярства и его руководителей — Вячеслава, Мирослава, Демьяна; повесть отдала должное дипломатическим связям княгини Анны с Венгрией, Польшей и Литвой.

Понятно, что эта повесть оказалась одним из источников летописи князя Даниила. Правда, автор этой летописи внес в повесть некоторые дополнения и перегруппировал материал; он вставил антивенгерский текст Тимофея из Киевской летописи, обличавший палатина Бенедикта! Бора ; кое-где дополнительно упомянул князя Даниила; например: «Данилу же тогда детьску сущю, якоже можаше на коне ездити»; или: «Данилови же у Лестка сущю»; но все же именно эту повесть положил он в начало своего труда.

Так как эта вводная повесть прошла несколько редакторских обработок, то ряд мест в ней достаточно затемнен. Описание похода Рюрика Ростиславича Киевского на Галич изложено весьма шероховато ;похоже, что это текст киевского источника, включенный в свод и разбитый; вставками из вводной повести.

В этой мысли утверждает нас и тот факт, что отрывок, сообщающий о венгерском гарнизоне, присланном в Галич королем Андреем II на помощь своей «ятрови», не очень хорош стилистически: перечислены венгерские воеводы и сказано «и иныи угры многи, и за то не смеша галичане ничто же створити, бе бо инех много угор»; причем далее ничего не говорится о судьбе этого венгерского гарнизона. Более того, следующий текст начинается с середины фразы: «и приведоша кормиличича, иже бе загнал великый князь Роман неверы ради», и далее: «славяху бо Игоревича; послушав же их галичкыи бояре и послаша по них и посадиша в Галиче Володимера, а Романа в Звенигороде». И в дальнейшем встречаются неловкие места, вроде отрывочных фраз: «Княжаше Всеволод в Кыеве Святославич:, имея велику любовь к детемь Романовое», или: «потом же Мстислав Пересопницкий, посадив Лестька, поиде в Галичь».

Таково содержание вводной повести одного из источников летописного свода князя Даниила.